Пятница, 20.10.2017, 22:44
Приветствуем Вас, Гость! | RSS

 

Пресса и книги

Главная » Пресса и книги » Интервью

1985. Дарю радость

Карел Готт: Дарю радость


Ян Адам
Газета "Советская культура", май 1985г.
Один или два раза в год Карел Готт приходит в клуб пражских студентов, чтобы рассказать им о своей работе и планах, чтобы ответить на их вопросы. Карела Готта, который недавно получил звание народного артиста ЧССР, естественно, радует интерес, свидетельствующий о том, что за двадцать лет его песни о он сам постоянно находятся в центре внимания, что два десятилетия поколения слушателей неизменны в своей любви двадцатикратному обладателю титула 2Золотой соловей». Вот запись одной из таких встреч, где за кратким вопросом следовал подробный ответ-отчет.
Несколько лет назад вы говорили о том, что очень любите рисовать. А как обстоит дело сейчас?

Должен признаться, что я действительно активно занимался живописью лет десять назад. Это был трудный период, когда у меня болело горло, и врач рекомендовал мне какое-то время не петь. И вот тогда, чтобы не сидеть и не ждать, пока опять вернется голос, я принялся за живопись, что меня очень успокаивало. Мне захотелось выразить себя не только в песнях. Выразить в красках.

Вы выставляете где-нибудь свои картины?

Да. В 1980 году в Праге проходила выставка «Рисуют актеры». И меня очень обрадовала возможность показать свои картины широкой общественности. Поскольку выставка пользовалась большим успехом, ее работа неоднократно продлевалась, но я не совсем уверен в том, что в этом заслуга и моих картин.

Сколько ваших произведений смогли посетители увидеть на выставке?

Из двадцати написанных мною картин я выставил четыре. Остальные я никогда не показывал. А некоторые картины я раздарил.

Слушатели часто спрашивают, почему вы не возвращаетесь к старым песням?

Но я же к ним возвращаюсь. Нужно хорошо чувствовать, с чем можно снова выступить. И в какой момент. В декабре прошлого года я отметил двадцатилетие совей совместной работы с оркестром Ладислава Штайдла двумя концертами в пражской «Люцерне». И на этих концертах я пел свои старые песни. Но ко многим наиболее популярным вещам прошлых лет я уже не собираюсь возвращаться. Это трудно объяснить. Я верю своему инстинкту.

В вашем альбоме, изданном недавно фирмой «Супрафон», - «…И я это люблю», вы впервые выступили как автор текстов. Вы намерены продолжить эту работу?

Не намерен. У меня однажды появилось желание написать совершенно простой текст. Я назвал эту песню «Текст к этой песне написал я». Этим дело и кончилось. И я обещаю, что ничего больше писать не буду.

А как насчет сочинения музыки песен?

Песни писать буду, у меня есть музыкальные идеи, и жаль их не использовать. Но поскольку я очень плохо владею гармонией, я предоставлял много лет возможность писать песни композиторам – профессионалам. Я «играл» роль певца, время от времени сотрудничающего в автором. То есть я присутствовал при рождении песен. Каждый певец хочет сам выразить себя. Выразить в песне, которую для него никто даже при самом большом желании написать не может. Я часто думаю над своими сочинениями. Мысль о них меня волнует. Самые лучшие идеи мне приходят в голову не за роялем, а в машине или в самолете. Когда я слышу гул мотора. Но, к сожалению, я не могу окончательно оформить песню. Мне ее нужно аранжировать. Поэтому закончить песню мне обычно помогает кто-нибудь из членов нашего оркестра, который, разумеется, становится соавтором песни. Нужно просто знать, к кому следует обратиться: к Ладиславу Штайдлу, Рудольфу Роклу, Ондржею Соукупу или Павлу Форшту.

Когда слушает ваши песни последнего времени, возникает чувство, что вы поете о том, что сами пережили. Вы задаете авторам текста темы песен?

Я думаю, что это хороший признак, если слушателю кажется, что текст песни написал я сам. Так, наверное, и должно было быть. Очень важно, чтобы автор текста хорошо знал исполнителя и чтобы они немного были друзьями. Им обоим следовало бы знать свои положительные стороны и недостатки, свои пристрастия. Я уже в том возрасте, когда мне приходится просить авторов писать к моим песням тексты, соответствующие моему возрасту. Должно быть ясно, что я многое помню, что я уже кое-что видел и пережил, что я знаю: любовь приносит человеку не только счастье, но и немного горечи, разочарования. В моих текстах должно чувствоваться, что я многое проиграл в жизни, но многое и выиграл. Сегодня я уже иначе ценю друзей. И хочу, чтобы этому соответствовали и слова моих песен. Чтобы текст того, что я пою, соответствовал моему возрасту, моему опыту.

Допустим, что в этом году у вас не будет никакого популярного шлягера. Что тогда?

Нельзя допустить. Без них я не рискнул бы выступать с концертом. Не смог бы отправиться в турне. Но по нашей стране, ни за границу. И не смог бы записать новой долгоиграющей пластинки. На каждой пластинке должен быть шлягер, который напевают все. В концерте я могу петь классику, итальянские канцоньетки, песни в стиле кантри, рок-н-ролл или песни из всемирно известных мюзиклов, но каждый концерт должен иметь свою кульминацию в мелодии, которую зрители будут напевать, возвращаясь с концерта. И с которой многие будут связывать воспоминания о моем концерте. Я действительно всегда испытываю огромную радость, когда публика в «Люцерне» или в каком-либо спортивном зале поет вместе со мной припев какой-нибудь моей песни. Это прекрасное чувство!

Принимаете ли вы к сведению критику своих слушателей?

Конечно. Если бы я не прислушивался к критике своих слушателей, то наверняка не стал бы сегодня тем, кто я есть. Я прислушиваюсь и к совету того, кто мне об этом пишет в письме. Слушаю советы друзей. У меня хорошие отношения с пражскими студентами и учениками средних школ. С молодежью, которая напрямик скажет мне вещь на первый взгляд неприятную, но которая заставляет меня задуматься.

Вы объездили весь мир, встречались с самой различной публикой. Где вам пелось лучше всего?

По-разному. Меня знают только в некоторых странах, где у меня выходили пластинки, где я выступал по телевидению. А там, где меня не знают, я, образно говоря, могу на голове ходить, танцевать лучше Джона Траволты, петь лучше, чем тенор Лучано Паваротти, и все напрасно. Зрители в таких случаях говорят себе: «Мы тебя, парень, не знаем, покажи нам , что ты умеешь делать. Мы хотим знать, что в тебе есть». Поэтому в последние годы я решил свою энергию отдать публике тех стран, где меня знают. Дело не в том, что я в себя не верю, но я не верю той ситуации, которая в настоящее время сложилась в легкой музыке.

Поэтому я рад, что у меня есть определенные позиции дома и в странах, где за эти годы у меня появился свой зритель. Смысл того, что я делаю теперь и хотел бы еще делать – это раздавать радость. А делать это я могу только и исключительно пением.



Категория: Интервью
Просмотров: 1440 | Рейтинг: 4.8/6
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Поиск по сайту
Меню раздела
Мини-чат
Форма входа
Статистика

Рейтинг@Mail.ru
Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0